Екатеринбургский мемориал жертвам большого террора

karta-all

Кто online?

Сейчас один гость online

Воспоминания Эльвиры Валентиновны Алиевой о репрессированных членах своей семьи - Валентине Ивановиче и Артуре Ивановиче Жганьяр, и др.

jganiar1

С Алиевой Эльвирой Валентиновной мы познакомились холодным утром 25 октября 2009 года. В этот день автобусы привезли людей к «Мемориальному комплексу жертвам политических репрессий», который расположен недалеко от Екатеринбурга, чтобы почтить память тех, кто безвинно пострадал во времена сталинского террора.

Эльвира Валентиновна приехала на братскую могилу, где похоронен, вместе с тысячью других расстрелянных, и её отец Валентин Иванович Жганьяр. Узнав, что я занимаюсь историей этого трагичного места, она пригласила меня к себе, чтобы рассказать историю своей семьи.

Эльвира Валентиновна бережно достаёт копию дела отца Жганьяр Валентина Ивановича и дяди Жганьяр Артура Ивановича. Семейные фотографии и документы она бережно хранит - это всё, что у неё осталось от папы.

Бабушка и дедушка Эльвиры Валентиновны были не русскими. Иоганн-Штефан и Марианна–Магдалена Жганьяр родом из Австрии. В конце 19 века они проживали в Риге. А в 1914 году их, как гражданских австрийских пленных, депортировали в Россию. Иван Лаврентьевич, так будут называть деда Эльвиры Валентиновны, по найму устроился на строительство железной дороги по ирбитскому направлению.

К этому времени в семье Жганьяр уже было 4 ребёнка – три мальчика и девочка. Их все потом назовут «врагами народа» и обвинят во вредительстве советской власти. Двух средних сыновей Валентина и Франца расстреляют. Судьба старшего Артура, отправленного отбывать срок в места заключения, так и останется неизвестной. Дочь Гертруда будет репрессирована в г. Карпинск, где и проведёт всю оставшуюся жизнь.

Письмо

- Мама и папа познакомились в Егоршино - рассказывает Эльвира Валентиновна. – Сначала туда уехал старший сын Артур, а когда 1921 году умер дедушка, то бабушка с детьми переехала к нему. Мама и папа прожили там два года, потом переехали в г. Берёзовский. В Егоршино родился мой старший брат, умерший в возрасте двух лет. Отец работал заведующим клубом. Однажды бабушка написала письмо в Ригу своей сестре Ольге Лутц, писала на немецком языке, так как по-русски у неё плохо получалось.

jganiar2

С этого обыденного письма начались все несчастия в большом семействе Жганьяр. Письмо впоследствии послужило причиной ареста Артура, который на конверте своей рукой уже по-русски написал адрес. А в письме всего-то и было, что сказано о длинных очередях за продуктами, о высоких ценах на сахар, муку, соль и т.д. «Доблестное правительство» того времени было всё время на чеку, любая зацепка, пусть даже нелепая, могла послужить сигналом к аресту. План нужно было выполнять. План.

Артура обвинили в шпионаже. В деле есть протокол его допроса. Он отвечал, что никакого шпионажа не было, что письмо он вообще не читал - но никто, естественно, ему не поверил. На главный вопрос: «Признаете вы себя виновным?» - он ответил: «Нет». Внизу значится приписка дознавателя: «Вы вретё». Артур работал на железной дороге экономистом и ему ещё решили приписать кражу товарного вагона. Чистая липа. За письмо и вагон он получил тюремное заключение с большим сроком, без права переписки, отбывать которое он должен был в Ивделе.

Больше о нём никто ничего не слышал. Это было только начало тяжёлой семейной трагедии Жганяр, а дальше…

- В Кургане жил средний брат Франц, – голос Эльвиры Валентиновны дрожал. - Его арестовали по 58 статье, сначала выселили из Кургана, а потом расстреляли. Подробностей я не знаю. Последнего арестовали отца. У него был субботник, сжигали мусор недалеко от каких-то гаражей. В деле написано что он поджёг эти гаражи, и шпионаж приписали. Господи! Гаражи ведь целыми остались, - со слезами произносит рассказчица.

Валентину Ивановичу был всего 31 год. Маленькой Эльвире едва ли исполнилось 9 месяцев. Ещё долгое время родные Валентина Ивановича ничего не знали о его судьбе. Около четырёх лет жена и мать ходили просить свидание, но им его не давали, только исправно принимали передачи. Передачи для человека, которого уже давно не было в живых. Впервые в 1959 году Марианна Жганьяр узнала, что двум средним сыновьям сразу же после ареста был вынесен приговор – расстрел.

jganiar3

После ареста старших братьев пришли за младшей Гертрудой, которая в то время училась в Горном институте г. Свердловска. За молодую студентку заступился декан факультета и её не тронули. Вскоре Гертруда перевелась в медицинский институт, а после его окончания её с матерью сослали в г. Карпинск, откуда они не смели выезжать. Гертруда Ивановна практически всю жизнь проработала в Туб. Диспансере, завоевала уважение среди горожан, но из-за тяжёлого характера так и не обзавелась семьёй.

- Знаете, её однажды отправили в посёлок недалеко от Карпинска подменить в тюрьме врача. Там она встретилась с грузином – бывшим личным поваром Сталина. Он сделал недостачу на каком-то бенефисе и его за это посадили. Грузин влюбился в неё. В 1953 году он попал под амнистию, приехал за тёткой в Карпинск, звал её с собой в Грузию, уговаривал, но она не поехала, и он не остался. Так Гертруда и осталась одна.

Как жить дальше?

Как продолжали жить матери, потерявшие своих детей? Как жили жёны, потерявшие мужей? Как продолжали жить те, у кого забрали всё? Как смогли выжить те, кого обрекли на гибель? Как жили те, кого считали «врагами народа»?

Наверное, ответить на эти вопросы, сможет только тот, кто пережил всё это. В голове современного человека не укладываются эти страшные вещи. Агитплакаты того времени гласили: «С тобою партия!», «Слава КПСС!», «Будущее за партией!!!». Пламенные и многообещающие речи «красных» сулили хорошую, безбедную жизнь. Но за всеми красивыми словами скрывались сотни рвов, наполненными тысячами человеческих тел. Тысячами судеб у которых уже никогда не будет будущего. Партия и система лишили их всего.

- Я всегда чувствовала, что я дочь «врага народа» - вспоминает Эльвира Валентиновна. Когда я пошла в первый класс, то мама строго наказала никому не говорить, что моего отца арестовали, никому не говорить, кем он был. Конечно, нам было очень тяжёло, особенно в войну, мама работала сначала в шахте, а потом телефонисткой. Было очень тяжело морально. Но вы знаете, все наши знакомые всегда с большим уважением отзывались об отце. Ведь он был очень интересным человеком: играл на скрипке, аккордеоне, баяне. Вокруг него всегда было много народу. Очень его любили.

Любили Валентина Ивановича не только окружающие люди, но и жена. Зинаида Валерьевна, мама Эльвиры, только спустя много лет после смерти мужа снова решилась сойтись с мужчиной, но у дочери не сложились отношения с отчимом, который считал девчонку «фашисткой». И в 1959 году Эльвира отправилась к тетё Гертруде. В Карпинске, в школе №2, она закончила выпускные классы и поступила в Краснотурьинский индустриальный техникум.

- Я долго жила с тёткой, меня даже все её дочерью считали, но я по маме скучала, поехала к ней в Свердловск. Назад в Карпинск так и не смогла вернуться – мама заболела. Не окончила я техникум – вздыхает собеседница. К тётке я уже позже приезжала со своими сыновьями. Вы знаете, будучи студенткой, у неё была очень интересная жизнь. Я находила фотографии с известными в то время артистами. «Дорогой Лёлечке. С Днём Рождения, приезжай, как сможешь» - гласила надпись на фотографиях. Но она не могла выезжать.

Сегодня Эльвира Валентиновна старается поддерживать связь с двоюродными сёстрами, дочками старшего Артура. Со своими сыновьями и внуками ездит к 12 км, чтобы почтить память деда. Рассказывает внукам о страшных страницах в истории их семьи и в Истории России в целом.

2010 г.

^ Наверх